• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
18:05 

Последние дни года (почему-то неосознанно измеряю время именно учебными годами, наверное, дело в том, что учебный год намного сильнее отражается на моей жизни, нежели календарный), никто уже не хочет ничего делать. В разной степени, конечно: кто-то не носит сменку, кто-то домашку не делает, кто-то не ходит в школу... Учителя, кажется, тоже уже хотят отдыхать. Третий день не могу выловить русичку, чтобы сдать ей стихи. Сегодня она вообще уехала куда-то, даже урока не было. Посещение школы окончательно стало какой-то пустой формальностью, никто уже даже не пытается изображать какую-либо деятельность. Впрочем, нет, завуч пытается, но как-то неубедительно.
Я в последнее время просто сижу и рисую. В специально отведённой под это тетрадке, на полях всех остальных, на людях... Занимаюсь какими-то забавными, но не имеющими никакого значения вещами, а дела, имеющие значение, будто стоят чуть поодаль, смотрят и ждут. И я жду. Должен настать момент, когда придётся со всем разбираться, но пока ещё рано, и я не могу ничего сделать. Интересно, буду ли я всё-таки нервничать в день перед экзаменом? А утром? Времени ведь по сути совсем уже не осталось.
Ах да, у меня пятёрки в году по алгебре с геометрией, а это значит, что я всё же отличник. Кто больше всех рад? Не я. То есть прикольненько, конечно, но не более, секунд тридцать порадоваться и забыть. Родственники смотрят на все мои достижения сквозь свою систему ценностей, а потом пытаются впарить это видение мне же. Как-то даже... обидно немного что ли? Из-за этого я не могу ни разделить с ними свои радости, ни спросить совета, ни пожаловаться на жизнь, когда хочется это сделать, потому что то, что радует меня, не вызывает никаких особых чувств у них, а мои проблемы не кажутся им серьёзными. И наоборот. Кроме того, я почти всегда знаю, что они скажут. Впрочем, глупо по-настоящему расстраиваться из-за этого, слишком многого хочу от жизни.
Помимо всего прочего заметил, что становлюсь чуть менее... социально неадаптированным, что ли... Правда такими темпами нормально с людьми общаться я смогу... нет, не проживу столько. Но наблюдать всё же забавно.

22:26 

Я хотел подробно и в красках описать, как мы хорошо провели время, но сейчас понимаю, что слишком устал. Мы обошли почти весь развлекательный центр, по крайней мере всё самое интересное - точно. Ну, и потом ещё немного неинтересного, просто чтоб было. И, наверное, смысл празднования дня рождения для меня состоял именно в том, чтобы собрать всех (ну, почти всех, Машка не смогла прийти) и просто провести время вместе. Потому что обычно мы слишком заняты: репетиторы, дополнительные занятия, подготовка к экзаменам, иногда просто лень. А сегодня все эти дела удалось отложить. Что-то в этом есть.
Однако повседневные дела всё же одержали верх. Расходились мы постепенно: сначала Глеб (жаль, конечно, что он ушёл до того, как мы пошли кататься на машинках), потом Клавка. Мы с Полиной вышли из развлекательного центра вдвоём, но никуда не спешили, поэтому решили купить мороженого. Полинка проявила меньше энтузиазма, я был настроен решительно, поэтому она выбрала рожок, а я - ведро мороженого. Уже после выхода из магазина обнаружилось, что ложка к ведру не прилагается (видимо, никто не думал, что найдётся человек, который сожрёт всё и на месте). Какое-то время мы просто стояли в растерянности, а потом Полина самоотверженно согласилась вернуться в магазин и купить ложку... В итоге мы просто сидели на лавочке в ТРК, ели мороженое, смеялись, разговаривали, думали, что в этой ситуации мог бы сказать Глеб (а у Глеба бы точно нашлись комментарии, правда по большей части нецензурные), снова смеялись, и это было замечательно.
Разойтись не могли ещё долго: потом были разговоры за чаем на кухне у меня дома. Наверное мы могли бы разговаривать вечно. Ладно, может, не разговаривать, может просто сидеть и молчать, но это была бы не неловкая пауза, а нечто совсем иное... Но вот, Полинка ушла, а я сижу, слушаю Yello, ни о чём особенно не думая и позволяя пальцам свободно перемещаться по клавиатуре. С радостью продолжал бы и дальше, тем более, есть ещё столько всего, о чём хочется сказать... вот только завтра проверочная по истории, да и пять оставшихся стихов по литературе сами себя не выучат.

16:39 

Хмм... ну, вот мне и шестнадцать. Большинство окружающих людей радуется этому событию даже больше, чем я, что, конечно, трогательно. Помимо семьи и друзей объявляются вдруг люди, от которых я вообще ничего не ожидал: удивительно, что они всё ещё помнят, что я где-то есть. Сегодня отмечаем с семьёй, завтра с друзьям пойдём. Кажется, я всё же убегался с этим, хотя не сказать, что надо было много делать. С другой стороны, я уже очень давно предпочитал лежание на диване празднованию... Вообще, довольно противоречивые чувства: какая-то часть меня всё удивляется, как быстро летит время, другая в это время вопрошает что-то типа "Ещё только шестнадцать? Как так-то?", а в итоге ничего не меняется, что логично.
В остальном, ничего интересного: вчера не успел купить ленточки, потому что магазин закрылся раньше, чем должен был, а в парикмахерской всё нет краски, родственники также не упустили шанс укорить меня в равнодушии к школе... Однако жизнь прекрасна, пока в ней есть место творчеству, книгам и музыке.
Сейчас сижу в своей комнате с ноутбуком, пишу это и слышу обрывки разговора из гостиной. Клонит в сон то ли от усталости и недосыпа, то ли от бокала шаманского, то ли от всего вместе. Однако надо идти есть торт. Даже не знаю, почему мне так важно было написать об этом здесь, видимо, дневники со всеми сидящими здесь людьми уже стали важной частью моей жизни. Слишком быстро, но я уже говорил, что непростительно легко доверяю письмам в любом виде.

22:05 

Год заканчивается, а по литературе вдруг задали выучить семь стихов. Радует только, что в их числе один стих Цветаевой, да ещё и выбрать можно, какой именно учить. Поэтому я одолжил у бабушки сборник и почти весь день читал. Большинство стихов просто красивые, но некоторые чем-то цепляют, их хочется вдумчиво перечитывать, сначала про себя, а потом и вслух. И всё равно остаётся чувство, как будто что-то ускользает. Завораживающе.
Я читал, и в какой-то момент из книги выпало вложенное туда письмо. Пожелтевший от времени листок в клетку, исписанный неровным почерком. Возможно, это было нехорошо с моей стороны, но я всё же прочитал. Адресовано письмо было моему дедушке. Не буду пересказывать содержание, потому что оно не имеет особого значения. Что в каком-то смысле выбило меня из колеи, так это то, что автору, фамилии которого я так и не разобрал, было очень страшно. И хотя прямо о своих чувствах он почти не говорил, всё письмо было пронизано этим страхом и какой-то безысходностью. Я не знаю, что происходило с этим человеком до событий, о которых он рассказывал, не знаю, что стало с ним потом; это просто один момент из чужой жизни, один момент, пропитанный этой непонятной мне боязнью и потерянностью. И, пожалуй, мне жаль, что я уже не смогу ничего ему сказать.
Вообще, письма и текстовые сообщения почему-то находят у меня больший отклик, чем устная речь. Вплоть до того, что если мы с человеком переписываемся, я начинаю доверять ему сильно быстрее, чем если бы мы общались вживую. А ведь по логике всё должно быть наоборот. Наверное, это осталось с детства, когда у меня было много друзей в интернете и почти никого - в реальности. Хотя и здесь бывают исключения, конечно, Полинка - живой тому пример.
До сих пор не могу перестать радоваться, что в последнее время всё... не хорошо, не спокойно, а просто именно так, как я это и представлял. И до сих пор мне кажется, что такая жизнь вот-вот закончится. Наверное, так оно и будет, но кто сказал, что это непременно плохо?

20:42 

Ощутив приближение конца четверти родственники опять начали незаметно донимать меня по поводу оценок. То есть это они думают, что незаметно. А я слушаю и не понимаю, во-первых, зачем им это, а во-вторых, почему тогда в первой половине года, когда я больше походил на выжатый лимон, чем на человека, всё те же люди советовали мне забить на школу. И вот я более или менее разобрался, что происходило, ещё раз посмотрел на ситуацию и всё-таки забил. Только смог свободно вздохнуть, и на тебе. Тогда я исходил из того, что проблемы по большей части надуманы, но, видимо, не все. Иначе зачем, зачем снова и снова возвращаться к теме не понимания даже, а оценок? И о чём они думали в начале года? Что я послушаю-послушаю, а потом продолжу изводиться? Хотя гораздо более вероятно, что они просто хотят всего и сразу. Увы, тут наши интересы не совпадают, и назад я не вернусь, потому что только почувствовал себя живым. Одним из главных аргументов было то, что я столько старался, а значит, теперь нельзя так просто всё бросить. Довольно странная мысль. Ну, старался. Потом понял, что оно того не стоит, и решил не растрачивать силы и время попусту. Вообще, мне кажется, они в очередной раз раздувают трагедию из ничего.
В школе всё также донимают работами и подготовкой к экзаменам, куда ж без неё. Кажется, на настоящий экзамен я приду в полуовощном состоянии, потому что всё это настолько достало, что меня уже абсолютно не интересуют результаты, только бы все отстали...
Решил повнимательнее присмотреться к Канаде в плане иммиграции. И хотя пока мне там всё нравится, выводы делать ещё рано. Одновременно начало постепенно доходить, на что я замахнулся... не страшно, пожалуй, но всё-таки волнующе, аж дух захватывает от собственной наглости.
А ещё я как-то незаметно перестал чувствовать себя уставшим, в том смысле, что нет больше такого состояния, когда не хочется делать вообще ничего, а чтобы собраться и всё-таки что-то предпринять приходится прилагать колоссальные усилия. Может временный эффект праздников, а может что-то ещё, но думать об этом я буду, если ситуация изменится. А пока - только ловить момент и жить.

23:08 

Уже под вечер решили с Машкой выползти погулять. Долго шатались по улицам и дворикам, пока не дошли до ручья, небольшого и мутного. По берегам трава, невысокие деревья, полно кострищ. Побродили какое-то время там, но переходить на другой берег по выстроенному какими-то добрыми людьми из подручного хлама мосту Машка отказалась, несмотря на все уговоры со стороны неожиданно впавшего в детство меня. И вот мы идём обратно, под ногами глина, местами высохшая, местами ещё сырая. "Оно прогибается", - говорю я. "Но не проваливается же", - отвечает Машка. Я делаю ещё один шаг и утопаю по щиколотку. Дёргаюсь, пытаюсь высвободиться, но вместо этого увязаю второй ногой. То ли возмущаться, то ли смеяться. С горем пополам выбираюсь на твёрдую землю, естественно, весь в глине. Стою и не знаю, что предпринять, ситуация кажется невероятно забавной, просто потому что ничего такого я не ожидал. Машка выглядит примерно также растерянно и немного виновато, хотя при чём тут она, это ж я дурак.
В итоге я спустился к ручью, где как енот-полоскун пытался хоть как-то отмыть ботинки, а она осталась ждать чуть поодаль. Кажется, успокоилась, и поняла, что действительно не виновата, да и я не помру. Обратный путь был также весёлым: в изгвазданных джинсах, с водой в ботинках и глиной везде, с шутками и пониманием, что о чём-то таком я мечтал в детстве. Но, во-первых, в нашем городе не было ручья, а во-вторых, я сам тогда был куда серьёзнее. А со взрослыми, как я думал, такого не случается. Глупость, конечно, но почему-то вбил себе в голову...
"Хрю-хрю", - сказала мама, и я не мог не согласиться. Хотя на самом деле что-то такое мне и было нужно, в качестве ещё одного фрагмента неправдоподобно лёгкой в эти несколько свободных от школы дней жизни. Как-то слишком беззаботно они прошли, в итоге я даже позволил себе просто немного посидеть с ноутбуком, поиграть, посмотреть фильмы, почитать про интерпретацию Эверетта, да и просто наслаждаться отсутствием необходимости думать о чём бы то ни было серьёзном. Почему-то вспоминается фраевское "рано или поздно, так или иначе" и безумно хочется улыбаться. Завтра от этой лёгкости ничего не останется, так что, наверное, надо успевать.

22:25 

Я думал, что простыл, а потом понял, что что-то цветёт, и это аллергия. Погода и впрямь как-то резко изменилась: ещё недавно везде была грязища, и дул холодный ветер, а сейчас тепло и солнечно. Или это я просто такой невнимательный?
Ничего интересного не происходит, мне просто охота поговорить. В школе время проходит, как во сне: какие-то смутные образы, и в голове потом почти ничего не остаётся. Уж не сплю ли я там? В последнее время мы даже не учимся, а пишем контрольные. Постоянно. Не то чтобы я был сильно против контрольных, но, во-первых, я не понимаю, зачем писать их с разницей в несколько дней, а во-вторых, если задуматься, мне безумно жалко времени. Ситуация дома тоже напоминает массовое помешательство: из Иркутска сюда переезжает моя бабушка, но в её квартире пока ремонт, поэтому живёт она с нами. В принципе, я могу смириться с вечно включённым телевизором и постоянными попытками впихнуть в меня ещё еды: всё равно целыми днями в своей комнате сижу. Что меня раздражает, так это собаки. Сейчас их три: две наших и бабушкин пудель. И вместе они никак не уживаются, лают ещё громче телевизора. Вообще, смотрю на наших домашних животных и понимаю, что своих у меня скорее всего не будет: слишком уж много внимания и сил они требуют.
В остальном - потихоньку собираюсь с силами и делаю, что запланировал. Рисую, читаю, навожу справки о разных странах, рассказ (или что оно такое?) пишу, пусть и нечеловечески медленно. Ещё бы до магазина со всякими штуками для творчества доползти, и вообще шикарно будет. Хотя лень, конечно. Ещё бы пару дней побездельничать...
Кроме того неуклонно приближается день рождения, который я бы с радостью не отмечал вообще (просто не понимаю зачем это), но давно подумывал собрать вместе некоторых людей, а повод вполне подходящий. Опять же лень, да и нет у меня опыта в организации подобных мероприятий, но куда деваться.
Завтра идём с мамой подавать документы на визу. Когда я об этом узнал? Сегодня вечером. Раздражает немного, когда не предупреждают о планах, меня касающихся. С другой стороны, хоть какое-то разнообразие. Не сказал бы, что предвкушаю нечто совсем уж интересное и необыкновенное, но всё же не сидеть в душном кабинете в полузабытьи.
Столько вещей, о которых хотел бы сказать, но все они умещаются в одно состояние, да ещё так, что не распутать. В общем, хорошо всё, как бы я ни ворчал.

01:20 

Надо же, дополз всё-таки сюда сквозь книги, мультики и игры. Прошло два выходных дня, прежде чем я понял, что устал. Только эта информация уже стала неактуальна.
Эти два дня я ничего толком не делал, поэтому и выдающегося ничего не произошло. Не могу пройти игру, концовка которой должна разбить моё сердце. С одной стороны, конечно, хорошо, а с другой - надоедает. По нелепым совершенно мотивам одолжил у Машки пару книг серии, которую забросил года три назад. Забавно. Впрочем, чтение серии вряд ли возобновлю: во-первых, я и забросил её потому, что начал искать в книгах немного другие вещи, а во-вторых, за эти три года вымышленная реальность сильно изменилась, и я со своими представлениями туда уже не вписываюсь. Поэтому узнаю, чем закончится одна конкретная история - и с чистой совестью снова забрасываю. А ещё думаю покрасить несколько прядей, но не могу определиться с цветом: разрываюсь между розовым и зелёным.
На данный момент главное достижение состоит в том, что я, пусть ненадолго, вернул себе "нормальный" режим и теперь не засыпаю при каждом удобном и не очень случае. Оказывается, жить так намного проще. Вспомнил, что не только возможность выспаться отнимает у меня необходимость рано вставать: я безумно люблю ночь. Люблю стоять у окна, вдыхать прохладный воздух и смотреть в темноту, разгоняемую лишь светом фонарей, тёплым и уютным, наблюдать, как одно за другим гаснут окна в домах, как всё меньше становится людей, всё реже проезжают машины, которые теперь слышно издалека, потому что звуки, составляющие обычный городской шум, также затихают. Кто-то вышел на балкон несколькими этажами ниже, теперь до меня доносятся обрывки их разговора. По двум улицам, перекрёсток которых я вижу из окна, ещё проходят изредка люди. Интересно, откуда они идут? Опустел балкон, я снова остался один. Дует лёгкий ветерок, но всё равно умудрился замёрзнуть. А окно закрывать не хочется, поэтому я завернулся в одеяло и пишу о том, как люблю ночь.
В общем, я рад, что всё так, как есть. А когда рад, я не особо задумываюсь о том, что говорю и делаю. Поэтому потом, когда всё возвращается в привычное состояние то, что в какой-то момент казалось правдой, становится просто красивой выдумкой. Из-за этого я постоянно путаюсь, не зная, чему верить: с одной стороны, вон какие прекрасные вещи, а с другой... насколько они имеют отношение ко мне? Как правило, в момент размышлений уже ни насколько. Когда наконец смог это сформулировать (честно говоря, сегодня), Машка сказала, что таким радостным я ей больше нравлюсь. Себе я радостным тоже нравлюсь, кто бы спорил, а вот поле зрения, сужающееся до "здесь и сейчас" - мягко говоря не совсем то, что нужно. Поэтому дольше одного дня я настолько радостным быть не люблю (то есть понимаю-то я это уже потом, но не суть). Впрочем, не так часто это и происходит, а значит пока всё в порядке.

22:02 

Докопаться, потом исказить смысл моих слов, раздуть ситуацию до масштабов глобальной катастрофы, пожаловаться на меня маме... Вау. Я уже не то что не злюсь, не удивляюсь даже. Иногда кажется, что родственникам просто нравится искать дополнительные проблемы. Их послушать, так удивительно, как я ещё школу не бросил и на улицу жить не ушёл.
Сегодня вместе с несколькими людьми из школы ездил на патриотические чтения, во-первых, чтобы не идти на географию, а во-вторых, потому что историчка уже записала. К счастью, мы уехали оттуда после часовой приветственной речи. Тем не менее, весь этот час я сидел с мыслью "Они это серьёзно?". Догадывался, что будет в основном пропаганда, но истинного масштаба, как выяснилось, не представлял. Ладно, при всём несогласии я могу понять, зачем это делается, вот только неужели не очевидно, что добровольно-принудительные мероприятия скорее возымеют обратный эффект?
Впрочем, нам повезло: дома были даже раньше, чем если бы сидели на уроках. Теперь сижу, делаю задание по географии, которое явно высосано из пальца. Весело.
Химию переписал вчера, правда, глупо получилось: я думал, за ту работу у меня три или два, специально пришёл пораньше, чтобы исправить, а оказалось, что четыре с минусом. На пятёрку, конечно, переписал, но вообще-то мог бы спать. Ну да ладно, чего уж теперь.
С Машкой что-то не то. У нас всегда были темы, которых она просила не касаться, и я не лез, но в последнее время о чём серьёзном ни заговори - всё нельзя. Она говорит, что боится, а я не понимаю чего. Ни одна из попыток объяснить, что я её не побью и не съем, успехом не увенчалась. Да и вообще, за те почти три года, что мы знакомы, я не делал ничего такого, из-за чего меня можно было бы бояться. Странно это всё. Дальше лезть не стал, но переживаю.
В остальном - ничего нового. Хотя ощущение, что ничего не успеваю, меня не покидает. Только что успевать-то? Вроде, и дел не так много.

22:05 

Обычно с понедельника на вторник всегда столько домашки, что я сейчас даже сравнения красивого не подберу, чтобы описать всё моё отчаяние. Но сегодня как-то обошлось: закончил часов в восемь. Поэтому уже больше часа сижу и капаю себе на мозги, с перерывами, но всё же.
Школа отнимает слишком много времени и сил, чтобы быть просто фоном. Сегодня был дождь, пусть мелкий и не особо частый, но дождь, а мне надо было спешить домой, чтобы доделывать геометрию и разбираться с химией. А завтра на полчаса раньше в школу идти, чтобы эту химию переписывать. Проблемы, впрочем, только мои: сам поленился разбираться с новой темой, понадеявшись, что буду во время урока пробник по английскому писать. Но, чёрт, почему у нас нет второй смены? И как я буду жить дальше? В институте ведь её тоже, кажется, нет, про работу вообще молчу...
Заговорил с мамой про переезд в другую страну, так как скоро лето, а потом следующий учебный год, так что надо бы определяться, какой язык учить. Сказала, что не хочет, чтобы я уезжал. Я, конечно, всё понимаю, но сделаю всё возможное, чтобы уехать. Гораздо больше мне интересно, почему она не говорила этого раньше.
Как-то всё слишком неопределённо. Опять же, исключительно мой косяк, но всё же.
А ещё хочется с кем-нибудь поговорить, не столь даже важно о чём именно. Но я для этого слишком зашуганный.

00:17 

Насчёт заката не ошибся. Правда в итоге я сам не заметил, как устал.
В голове слишком много противоречащих друг другу мыслей, и я никак не могу собрать их все в одну картину. Не то чтобы раньше это была именно картина, но я примерно понимал, что вот это так, а это нет, примерно знал, чего от себя ожидать; теперь же есть только куча фрагментов. И я хочу разобраться прежде, чем всё каким бы то ни было образом устаканится. А ещё я хочу спать. Но спать нельзя, потому что завтра я ни о чём таком думать точно не буду. А сейчас думать я не могу: мысли разбегаются, ухватиться не за что. Весело.
Пытался тут цепляться за разные вещи, но в итоге ещё больше запутался и стёр всё нафиг: сплошные неточности. Не помню, когда в последний раз было настолько сложно что-то сформулировать. Так вот, по поводу противоречащих мыслей... Если рассматривать каждую по отдельности, кажется, что это правда, но когда их набирается много, становится ясно, что что-то тут не так. В некоторых случаях решающую роль действительно играют обстоятельства, но есть такие вещи, которые по идеи не должны меняться в зависимости от ситуации. Тогда почему у меня сразу несколько правд, которые друг с другом никак не соотносятся?..
Глаза закрываются. И от чего я так устал? Ничего же не делал. Выходит, думать всё же придётся завтра. Но будет ли у меня завтра время просто сесть и подумать? Куча домашки, да и планов немало... А может, я слишком заморачиваюсь?

19:38 

Субботник отменили, потому что внезапно начался град. Хотя, когда мы шли из школы домой, было снова солнечно. Вообще, погода шикарная: не слишком холодно, не слишком жарко, правда я больше тучки люблю, но это уже мелочи.
Пришёл домой и проспал... много, одним словом. А сейчас то ли гулять идти, то ли книжку дочитывать, то ли рисовать садиться. Но впереди ещё ночь, так что успеется. А сейчас - разобраться с несколькими пустяками и идти на улицу.
Был пробник устной части экзамена по английском. Училка сказала, что я молодец. Я так не считаю, поскольку криво ответил на пару первых вопросов: тема попалась такая, на которую мне и сказать-то нечего. Интересно, её правда всё устраивает, или это такая попытка подбодрить?
Окончательно исчезли из моей жизни несколько людей. Ну, то есть мы все окончательно признали это, исчезли-то они уже достаточно давно. Что ж, так даже легче.
Кто-то собирался читать книги по одной? Видимо, не я. Сам не знаю, как так вышло; все три интересные, каждая по-своему.
А ещё разобрался со своими чувствами к рисованию. Вообще-то рисовать я всегда любил, но терпеть не мог, когда меня заставляли это делать, особенно, если рисовать нужно было ещё и что-то конкретное. Поэтому школьные уроки и год в художке (хотя тут мне скорее просто с конкретной художкой так повезло) сильно всё попортили. Художку я бросил давно, в школе рисование чуть меньше полугода как закончилось. Теперь в этом вопросе, всё, кажется, на местах. Видимо, не так уж важно мне уметь рисовать, пока нравится - пусть будет.
Наверное, ещё вернусь сегодня, но пока - вылезать из кресла и бегом на улицу: закат обещает быть красивым.

08:37 

Очень. Хочется. Спать.
Впрочем, чего это я. Сам вчера решил добить одну несчастную программу. А когда не добил, поставил будильник на шесть утра... и всё равно не добил. Но хоть понял, где накосячил.
Кофе не помогает. Хотя, опять же, знал, что так будет: кофе не помогал никогда. Да и потом, всё равно бы не выспался: шесть ли, семь сорок ли - один фиг рано.
Надо бежать в школу. Там ещё один пробник и, кажется, проверочная какая-то... и субботник. Чёрт. Так и представляю, как мы всем классом в школьной форме стоим в грязище и убираем... что? Там ведь даже листьев нет.
И пора бы возвращаться в реальность, а то всё запланированное опять начинает отползать в загадочное "потом", которое может и не наступить.
Получилось несколько строчек ни о чём, но, кажется, мне надо было это сказать.

23:03 

Что я, чёрт возьми, творю? Расстроил Машку своим нытьём, которое она восприняла слишком серьёзно... А я просто не умею по-другому выражать такие эмоции, когда, с одной стороны, всё нормально, а с другой - хоть на стену лезь. С детства такая фигня тянется, а я всё не знаю, что делать. Беспричинная радость отступила, а я остался, опять уставший и потерянный. И теперь не знаю, как объяснить ей, что не надо из-за меня переживать. Идиот. Но на этом я не остановился, и внезапно решил поддержать человека, с которым давно уже не общаюсь. Просто потому, что ему грустно. И ведь прекрасно помню, сколько раз мы ругались, сколько раз я тупо смотрел в экран телефона, читая сообщения, не столько обиженный, сколько разбитый. И как мы однажды просто перестали общаться, тоже помню. Куда, спрашивается, лезу теперь? Когда там уже другая жизнь, другие люди, другие трудности... Вообще, я достаточно легко отпускаю людей, порой даже легче, чем они меня. Но сейчас дело не в этом. Я мог просто пройти мимо, без каких-либо угрызений. Может, пытаюсь помочь, потому что у самого похожая ситуация? Вроде, тоже нет: все мои проблемы легко решатся нормальным сном и витаминками. Наверное, дело в том, что в последнее время в моём окружении слишком много грустных людей, а я ничего не могу с этим сделать. Вот и пытаюсь помочь человеку, который давно не является частью моей жизни, просто чтобы казалось, что делаю хоть что-то... Как объяснить Машке, что единственная моя проблема в том, что я не очень умный? Как перестать так пользоваться её добротой и вываливать на неё негатив? Сижу и злюсь сам на себя. Прибил бы, честное слово...
Чувствую, что все мои переживания - буря в стакане. Почему-то у меня с момента осознания необходимости действовать до действий проходит слишком много времени. Я пытаюсь, но... Ладно, что уж теперь. Найду какой-нибудь способ объяснить Машке, что все мои жалобы на жизнь нужно делить на два, а то и на три. Потому что выбора-то особо нет. Что до человека, к которому полез с участием... Снова раздул трагедию из ничего. Ну, пошлёт он меня, в крайнем случае. Не в крайнем - поговорим да разбежимся снова. Остаётся ещё один человек, с которым поговорить боюсь, но тут я всё ещё не могу пересилить свои опасения. Хотя чем больше думаю, тем больше понимаю, что теперь должен это сделать, именно из-за того, что не могу.
Ах да, в этом признаваться мне тоже сложно, очень велик соблазн закрыть всё, не отправляя, и пойти спать... но я ж решил быть честным. Поэтому завтра честно буду вспоминать эту вечернюю откровенность, и чувствовать себя придурком. Ну и пусть, лишь бы не разныться опять.

23:10 

Уже достаточно долго всё порываюсь написать одному человеку, но так и не могу собраться с силами. Глупость, казалось бы, но... Во-первых, я боюсь ненароком что-то задеть или влезть не в своё дело, да и не похоже чтобы я был нужен (что логично, не только потому, что мы не знакомы, но и потому, что столько думать об одном и том же, но ничего не делать... в общем, подозреваю, не много кто подобным мается), а во-вторых, я же ужасный собеседник: то переживаю, что ляпну что-нибудь не то, и не говорю почти ничего, то наоборот отвечаю первое, что в голову придёт и, как следствие, несу чушь. И иногда понять, что я пытаюсь сказать, очень сложно. Уверен, это далеко не все причины, но больше сейчас сформулировать не могу, да и не суть. Суть в том, что я дня не могу прожить без этой мысли, но всё время чего-то боюсь. Вроде, знаю, что не съедят меня, а всё же. И ничего не могу с этим сделать. Опять же, глупость, но сколько бы я ни пытался, страх неизменно одерживает верх.
И как бы я ни радовался жизни сейчас, мысль эта не отступает. Хотя, спрашивается, с чего бы ей отступать?
Даже признаваться отчего-то сложно, но я ж решил быть честным...

22:15 

Обожаю кондиционер (если это он, в чём я не уверен) в кабинете информатики: в звуках его работы мне почему-то слышится шум дождя. Бывает, мы просто тихо сидим и решаем задачи на элективе, а он шумит. Я вообще очень люблю дожди: гулять без зонта и смотреть, как прячутся под ними прохожие, без конца протирать очки, а потом снять их, когда надоест, смотреть в отражения на мокром асфальте, переходить вброд лужи, вдыхать свежий прохладный воздух, промокнуть до нитки и замёрзнуть, а потом вернуться домой, переодеться, заварить чай и залезть под одеяло. Всё это мне напоминает шум кондиционера в кабинете информатики. Информатику я люблю не очень, потому что школьная программа изуродовала многие интересные вещи, оставив только кучу примитивных однотипных задач, потому что училка постоянно орёт по поводу и без, потому что она постоянно проводит какие-то дурацкие проверочные, потому что мы многое пишем в тетрадях вместо того чтобы работать за компьютерами... причин много. На элективы я хожу потому, что там мы разбираем хоть немного похожие на что-то интересное задания, а она при этом почти не ругается. Не сказал бы, что это предел мечтаний, но и бросать пока тоже не хочется. Поэтому я хожу. И каждый раз, когда все замолкают, обдумывая какое-нибудь задание, возникает одна и та же мысль: "Там что, дождь?" Спустя секунду понимаю, в чём дело, но хорошее настроение никуда не девается.
Что ещё мне нравится в школе, так это бродить по пустым коридорам. Обычно после уроков мне надо скорее идти домой, но изредка, когда что-то в привычном распорядке меняется, я ещё какое-то время могу оставаться там. Большая часть людей уходит домой, а у кого-то ещё уроки, но главное, что в коридорах пусто и тихо, только паркет скрипит, когда идёшь, да иногда слышатся голоса объясняющих что-то учительниц. И никто даже не думает, что я здесь, или вообще хоть где-то. Как будто выпадаю на время из реальной жизни и остаюсь совершенно один.
Кроме этого есть уроки биологии, которые иногда бывают по-своему завораживающими, главным образом потому, что никто не заставляет ничего делать: сиди, слушай. Или не слушай, главное, другим не мешай. И это как-то непривычно смотрится на фоне остальных уроков.
Что-то занесло меня, вообще не о том написать ведь хотел. Впрочем, эта необходимость сама собой отпала, поэтому пусть будет так.

22:47 

Как будто все окружающие люди разом решили продемонстрировать скрытые до этого момента грани. Что-то оказалось вполне предсказуемо, что-то нет, но во всех случаях было интересно. В связи с этим обнаружил, что в некоторых моментах проецировал на них свои взгляды и образ мышления. А то, что они сегодня говорили, мне сложно... не понять даже, скорее разобраться, откуда что взялось и что из чего следует. Впрочем, что-то в этом есть: всё переворачивается, смотреть и рассуждать тоже приходится как-то иначе.
Постепенно реализовываю всё, что до сих пор откладывал на потом, и эта деятельность почему-то никак не конфликтует с ленью. Чувствую себя немного уставшим, но сейчас это скорее в кайф.
Где-то в конце пятого класса, когда я до невозможности уставал от учёбы и так же сильно расстраивался от осознания того, что все эти мучения никому не нужны, у меня была одна вполне успокаивающая и одновременно жизнеутверждающая идея, за которой я иногда прятался от всех проблем и печалей: просто лежать, смотреть в потолок, отслеживать течение времени и осознавать, что его ещё много, а делать ничего не надо. Тогда я так и не претворил это в жизнь, потому что был слишком нервным, и слишком много сил тратил на всякую ерунду. А сейчас... я не говорю, что жизнь проходит именно так, но ассоциации и ощущения схожие, хотя по сути я просто забил на всё, что считал ненужным. И это состояние никак не совпадает с моими представлениями о реальности, оно больше напоминает какое-то минутное настроение. Каждый раз я думаю, что завтра проснусь, и всё будет как раньше, потому что сейчас слишком хорошо, но этого не происходит. Радоваться что ли? Или наоборот насторожиться? Ладно, поживём - увидим, как любил говорить один книжный персонаж, такой же неправдоподобно счастливый.

23:11 

Завтра скажут оценки за пробник, а мне уже всё равно. Собственно, с того момента, как вышел из кабинета. Кажется, в очередной раз пережил. Если так и дальше пойдёт, есть надежда, что когда-нибудь избавлюсь от подобных следов, оставляемых школой.
Со среды толком ничего не делаю, разве что домашку, да и ту левой пяткой, потому что темы под конец года пошли какие-то совершенно неинтересные. Точнее, не неинтересные даже, а просто не требующие никаких размышлений вообще: делим числа, умножаем числа, полигоны частот ещё рисовали недавно, но уже закончили. И так не только с математикой, но и со всеми предметами: первые пять минут интересно, а потом бесконечно повторяющиеся однотипные задания. Поэтому я только рисую, слушаю музыку, читаю... но даже это делаю не как обычно, а в каком-то полузабытье, вот в итоге и возникает ощущение, что я не делаю ничего. Долго это не продлится в любом случае, но пока предпринимать ничего не хочется: первые полгода бегал, как озверелый, потом ещё четверть думал зачем и иногда грустил, могу сейчас немного и ерундой помаяться. Тем более, что времени на это остаётся всего ничего: скоро начнутся экзамены, потом лето, за которое мне надо всё-таки определиться, какой язык учить, то бишь куда уезжать потом. А я не знаю. С одной стороны, мне симпатичны Нидерланды, хоть я никогда там и не был. Достаточно давно живу с мыслью, что хотел бы туда уехать потом. Вроде и несложно, и нравится всё, вот только меня пугает, что это не взвешенное обдуманное решение, а отчаянный вопль какой-то части меня. Наверное, я могу его проигнорировать и сделать совершенно другой выбор, но жалеть об этом выборе я потом тоже не хочу. Не хочу жить прекрасной с позиции разума жизнью, при этом подтачиваемый уже, может, не воплями, но тихим шёпотом этой части. И это, видимо, один из тех вопросов, с которым разобраться можно только самостоятельно.
Однако это всё ещё впереди, а сейчас... В общем, сегодня привезли кресло-кокон. С доставкой всё получилось очень криво и странно, но сейчас не о том. Сейчас о том, что это офигенная штука. И я безумно рад, что эту идею всё-таки удалось воплотить: забрался в него с ногами, затащил ноутбук, болтаюсь и радуюсь. Восхитительно. Почему-то вспоминается, как в детстве сидел в шалаше из стульев и одеял. Не совсем то, конечно, но похоже. И вылезать не хочется, хотя вообще-то уже спать пора, а то ведь завтра опять придётся прилагать титанические усилия воли, чтобы отодрать себя от кровати.
В общем, всё медленно, но налаживается. Пока ещё не встаёт на свои места, потому что я в который раз, придирчиво осмотревшись, сгрёб всё с полок все мысли и переживания, которые до того старательно разбирал и раскладывал... Но налаживается.
Обычно в настроении есть какое-то положение равновесия, и сильно хуже или лучше него, за исключением совсем уж выдающихся случаев, не бывает, а сейчас оно вообще не вписывается в эту модель: всё слишком легко. И снова, скорее всего, очень скоро это пройдёт, но пока я могу просто радоваться, ничего особо не делая.

20:32 

Завтра идём в другую школу писать пробник ОГЭ по математике. Все переживают, суетятся, а я... не знаю. Раньше любые проверочные и контрольные меня сильно нервировали, потом я научился игнорировать эти переживания. То есть я продолжал нервничать, но как-то очень отдельно от происходящего в реальности: я мог выглядеть спокойным, мог просто что-то повторять, но всё равно волновался. Сейчас же я не чувствую ничего. Понимаю, что по идее должен бы беспокоиться, но мне совершенно всё равно. Настолько, что я сижу и рисую вместо того, чтобы готовиться. Однако проблема не в этом, а в том, что я зачем-то пытаюсь заставить себя нервничать. И это точно не стремление быть готовым к худшему: мы не раз прорешивали подобные задания, там не может быть ничего, чего я не знаю. Зачем тогда? Потому что привык так? Бред какой-то. Или нет? Ведь надо бы радоваться, что наконец-то могу спокойно жить, вместо того чтобы дёргаться, однако я зачем-то снова и снова возвращаюсь к мыслям об этой работе, пытаюсь нарисовать в воображении худшие из возможных исходов, понимаю, что они какие-то недостаточно страшные, и не знаю, за что зацепиться... Похоже на попытки сопротивляться изменениям. Не знаю.

20:23 

"Пролистайте толковый словарик, можете ещё словообразование повторить... Я в вас верю", - сказала вчера учительница русского про олимпиаду. Мы не знали, что там будет: на сайте этой информации не было, а учительница почему-то не спросила, когда звонила уточнять время. Каюсь, я не то чтобы много повторял. Ладно, не то чтобы повторял... Просмотрел несколько страниц этимологического словаря. Но не суть.
Мы явились в институт, где это всё проходило, втроём: я, Полина и Любка. Потом ещё Соню встретили. Долго ждали сначала в коридоре, потом в кабинете (Соня сидела где-то в первых рядах, а мы втроём в самом конце, рядом, но организаторов это, похоже, не волновало). Вот настал момент истины, выдали тексты работ. Первое задание - определить, кому принадлежит цитата. Примерно в этот момент я понял, что как бы ни готовился, это оказалось бы бесполезным. Несколькими секундами позже прозвучало роковое "Вы пишете это до пяти часов". А было двенадцать. Задания по большей части состояли в переводе со старославянского на современный русский. К текстам, которые нужно было переводить также прилагался вопрос "Что вы знаете об авторе?", под ответ на который было отведено даже больше места, чем под перевод. Было немного неловко оставлять столько пустых строчек. Кроме этого там было два кроссворда и одно жалкое подобие оного, объяснение фразеологизмов, какие-то вопросы... Но самым шикарным было так называемое творческое задание. Заключалось оно в том, чтобы каким-то старым шрифтом написать первые несколько слов какой-то молитвы. Женщина, которая следила за проведением олимпиады что-то вещала про генетическую память, мол, вы должны знать, как это делается. Надеюсь, она там не биологию преподаёт. Я просто положил листок с печатным образцом под свой и стал срисовывать. Полина сделала так же. Как и большая часть присутствовавших там, чего они особо не скрывали: один парень, чтобы лучше было видно, срисовывал, держа листы на оконном стекле. Полинка закончила первой и вернулась в кабинет, где писали основную часть работы, чтобы перевести текст про еретиков, мы с Любкой сидели дольше. Когда сдавали листы и уже собирались уходить, та женщина снова что-то заговорила про генетическую память и про то, какие у меня ровные линии. Мысленно вздохнув, я всё же не стал возникать. Интересно, она правда не заметила, что все срисовывают? Так или иначе, этого ей показалось мало, и она спросила, что мы почувствовали. "Неловкость", - сказала Любка и была совершенно права. "Нет, когда рисовали", - женщина то ли не понимала намёков, то ли просто была очень настырной. И с одной стороны, я примерно представлял, что она хочет услышать, и запросто мог бы это сказать, но в последний момент подумал: а какой смысл врать? Сказал, что ничего, и мы ушли оттуда.
После этого мы втроём отправились на поиски еды. Оставшаяся часть дня прошла прекрасно. Помимо всего прочего, в метро, по дороге домой, встретили Соню, которая рассказала, что после того, как мы покинули кабинет, та женщина ещё около получаса возмущалась, как это можно ничего не почувствовать в такой момент.

А теперь, пожалуй, о том, почему я ничего не повторял. Дело в том, что меня давно подмывало купить какую-нибудь книжку для детей лет девяти-двенадцати, и вчера я всё-таки это сделал. И не зря. Не сказал бы, что в ней очень интересный сюжет или детально проработанные персонажи, но точно есть что-то особенное. Читается легко, оторваться сложно. А ещё немного обидно, что у меня не было таких книг лет шесть-семь назад, когда они были нужны: в то время меня заставляли читать, а мне это жутко не нравилось. Сейчас, конечно, тоже прикольно, но никак не получается отделаться от мысли, что в детстве я бы мог действительно жить этой историей.

Лоскутное одеяло

главная